На какое-то мгновение над полем брани встала радуга. Затем подоспела тяжелая конница, сияя трофейными доспехами. Она смяла остатки ополчения, разом продвинулась вплоть до основных сил королевского центра и там остановилась, напоровшись на выставленные копья. Когда подошла берберская пехота, фронт не выдержал и стал поддаваться. Центр быстро отступал, и боевой порядок уже походил на выгнутый полумесяц. Края заворачивались, окружая берберов. Позади пешего фронта пришла в движение королевская гвардия, она вытягивалась вдоль холма, подставляя незащищенный фланг.

Тогда Первый поднял руку.

Тяжелая кавалерия далеко не самого главного претендента на престол медленно тронулась с места, вниз. Старательно держа строй, продвигаясь сквозь редколесье и постепенно набирая скорость.

* * *

Когда правый фланг короля внезапно обрушился на его собственные позиции и смял гвардию, Улиас наконец понял, на что рассчитывал Тарик, принимая открытый бой. Внезапная измена вызвала панику. Королевские позиции разваливались на глазах, раздробленные с двух сторон тяжелой конницей. Гвардия Родериха отступала к ставке, и теперь уже было видно, как бегут оставшиеся в одиночестве крылья королевской пехоты. Левый фланг конницы стоял на месте, не зная, что делать и кто против кого воюет. Зато появившиеся только что на краю поля новые войска сразу оценили ситуацию и уже перестраивались, уходя назад, в лес, подальше от поля битвы. Затем побежал центр. Улиас увидел, как редеют вымпелы над королевской ставкой. Берберский клин настойчиво пробивался туда, и его уже никто не мог остановить.

Улиас вернулся к своему прежнему занятию. Вот уже битый час он пытался разрезать веревки краем собственного изуродованного доспеха. Наконец ему это удалось.

Вокруг никого не было. У балдахина догорал костер и бродили бесхозные лошади. Он выбрал самую молодую и норовистую.

Он ехал долго, не разбирая дороги, пробираясь на восток через кустарник, мелкие речки и рощи, подальше от боя.