Улиас выбрался на берег.

– А король действительно прав, – сказал кто-то рядом.

Улиас оглянулся и не сразу заметил среди трупов еще живого. Покрытый грязью и кровью, с неестественно вывернутой ногой, Теодемир, сын Эрвига, начальник королевской охраны, повторил:

– Король прав. Ты идиот. Твоя дочь сбежала непонятно с кем и непонятно куда. А ты, вместо того чтобы приехать в столицу и разобраться, побежал к берберам. Знаешь, в чем твоя главная проблема? Ты заранее уверен, что власть вероломна и способна по отношению к тебе на любую подлость. Тебе проще довериться чужаку, чем собственному сюзерену.

– Где моя дочь?

Теодемир хмыкнул.

– Никто не знает. Мы ее искали. Даже следов не нашли.

Он зашипел от боли, пытаясь дотянуться до изуродованной ноги.

– Я знаю, теперь ты будешь изводить себя виной за то, что сделал. Тебя не жалко, комит. А вот за что другие страдают?

Улиас не ответил. Отпустил поводья и позволил коню идти вперед, в лес, неважно куда.

Победители встретились на закате посреди разграбленного королевского лагеря.

– Ты выполнил свою часть обещания, – сказал Первый. – Мы выполним свою. Можешь забирать все, что найдешь здесь, и убираться к себе за пролив. Мы не будем чинить тебе препятствия.

– Всегда знал, что на слово гота можно положиться, – насмешливо произнес Тарик и поклонился. – Я так и сделаю. Только попозже. А то мои ребята на радостях снова разбежались в разные стороны. Они такие непослушные. Никакой управы на них не найдешь. Горячая кровь, что вы хотите. Дай мне месяц-другой. Я их соберу и тут же оставлю в покое твою благословенную землю.

Первый коротко кивнул и повернул прочь, сопровождаемый многочисленной свитой. После победы многие командиры и наместники решили воспользоваться ее плодами.

– Брательник, они снова начнут грабить деревни, – прошептал Второй. – Так нельзя.