— Хорошо, пошли. Только скажи, куда надо идти?

— Река замерзла. Вот туда и пойдем ловить рыбу. Побыстрей одевайся, — сказал Ялкаб и начал торопить Ашира.

Метель покрыла толстым слоем снега деревья и поля. Сегодня в зарослях не было сорок, которые, перелетая с места на место, обычно устраивали большой шум. По свежему снегу, который выпал недавно, прошли фазаны, их следы остались и замерзли.

Ашир двигался впереди Ялкаба и бил изо всех сил длинным шестом камыши, которые низко склонялись к земле под тяжестью снега. Ялкаб шел широкими шагами. Ружье он держал наготове, чтобы выстрелить, как только появится фазан.

Ашир, опираясь на свой шест, взобрался на холм и тотчас увидел двух шакалов, которые гнались за зайцем. Шакалы нагнали страх на бедного зайца, и как тот ни силился быстрее увильнуть, враги догоняли, и беглецу некуда было спрятаться: камыши были чуть ли не до самых верхушек покрыты снегом.

Увидев перед собой людей, заяц сначала замешкался, но потом, приняв решение, побежал в сторону Ашира. В тот же миг Ялкаб стал целиться в зайца. Ашир, увидев это, истошно закричал:

— Не смей трогать зайца! Разве не видешь шакалов?

Пух-пух, раздался выстрел, из ствола ружья полыхнуло пламя. Один из шакалов, ползая по земле, чуть приподнялся, а другой, визжа, убежал куда глаза глядят.

Подошли ближе, увидели, что шакал весь в дымящейся крови. Блестя глазами, налитыми кровью, он оскалил зубы и снова попытался подняться. Ялкаб выстрелил ему прямо в лоб, шакал вздрогнул. Его хвост, зажатый между лапами, словно недокрученная веревка, плюхнулся прямо в снег и сжался.

Ашир вытер со лба внезапно выступивший пот и обиженно посмотрел в глаза брату.

— Если будешь еще так поступать, в следующий раз с тобой никуда больше не пойду. Я не знал, что ты такой жестокий. Может быть, ты и больным детям, которых к тебе приводят на прием, тоже не сочувствуешь а?!