Сумрак над планетой сгущался. Черные ядра зреющих туч медленно перемещались в густом, насыщенном электричеством воздухе. Воспринявшая от них заряды сухая пыль поднималась столбами вверх. Нижний край тучи начинал светиться.

И тогда первые тяжелые капли отделялись высоко в небо от облаков верхнего яруса. Их падение рождало лавину. Отяжелев от водной ноши, тучи вскрывались, и на планету обрушивался поток. Тьма падала на землю. Становилось трудно дышать. Земля вспухала. Пенные фонтаны били из нее. Реки выходили из берегов. С гор с ревом сваливались водопады. Степи превращались в моря. В городах зажигали свет.

Потоки воды с неба лились день за днем. Напряженная от избытка электричества атмосфера рождала грозы. Грохоча и светя зарницами, они проходили, теряясь за цепями гор.

И так каждый год...

* * *

Утро началось - это показали часы. Небо за окном было попрежнему черным, но в нем уже, как два огромных красных жука, бродили спутники. Долина была пестрой, словно выложенной черными и розовыми плитами: черные тени и розовая, залитая светом спутников пыль.

Толик проснулся оттого, что свет упал ему на лицо. Он поморщился и потерся лицом о подушку. Он не любил вставать, а еще больше не любил выходить из дома. В доме не было костюма, который был бы ему впору. Над головой зашуршало (включился репродуктор), и Леда позвала к столу.

- У тебя мокрая голова, - сказала она. - Ты опять умывался под душем? В этом месяце ты уже лежал с простудой.

Толик промолчал. Они завтракали одни. За окном беззвучно взметнулась пыль. Неслышно запел мотор. В узком иллюминаторе вездехода дрожала чья-то спина.