Слишком много среди нас так называемых анонимных свидетелей правонару–шения. И не знают этого только те, кто никогда не преступал закон. Даже по мелочи, например, нарушая правила дорожного движения или стреляя по бутылкам из пневматики. Такие свидетели куда менее могущественны, нежели, например, масоны, но результаты их дея–тельности зачастую гораздо более разрушительны.

В принципе, никакой опасности этот полицейский представлять не может. ЗИС в порядке, номера новые, документы в наличии. Так что движение мое было исключительно рефлекторным. И это пре–красно, это значит, что я еще не окончательно раскис в самерсен-ском болоте. Что касается оружия, то необходимые документы были выписаны официально на мое имя по нынешнему паспорту самер-сенским окружным паспортным управлением. Это обошлось мне всего в один ящик не слишком дорогого виски…

– Ваши документы, – с ходу начинает полис, забыв представить–ся и приложить ладонь к козырьку.

Я молча протягиваю в окно документы и ставлю магнитолу на «mute». Полис изучает поочередно права, карточку техосмотра, страховку. Документы на оружие – особенно внимательно. Идиот. Я подготовился тщательно, и подделку среднестатистической аппа–ратурой не различить. А к высокочувствительной таких, как этот по–лис, не подпускают. Иначе кто-то из них может нажать из любопыт–ства кнопку, и Земле придет конец.

– Что-то не так? – спрашиваю я исключительно ради проформы.

– У вас с собой помповое ружье и охотничий нож?

– Да.

– Я-а-асно, – тянет полицейский, и его глаза стекленеют.

Он судорожно пытается придумать, как вытянуть деньги. И если бы меня не поджимало время, ему бы ничего не светило. Но я не имею права опоздать на паром, так что, возможно, раскошелиться придется.

– Оружие в багажнике? – уточняет он.

– Ружье – да. Нож на поясе.