– Но видите ли, - мягко заметил тот. - В момент погружения ваша жена могла уже быть мертва...

Два километра черной воды - неплохой способ избавиться от трупа.

Он представил, как проминается под ударами и, наконец, рвется стальная оболочка, как вода под страшным давлением врывается в узкое пространство капсулы, сдавливая воздушный пузырь, размазывая его по стенам. И Лисса вопит от ужаса, пытается уцепиться хоть за что-то...

А может быть, все произошло так быстро, что она ничего не успела почувствовать?

Или же не могла?..

Она любила черный жемчуг, а его коробило от вида крупных продолговатых бусин - они напоминали пиявок. Она часами пялилась в информатор, хихикая над глупыми интерактивками. Она всегда притворялась, что его близость ей приятна.

Но он слишком хорошо помнил, как на пике любви наткнулся на равнодушный взгляд Лиссы поверх его плеча. Она деловито постанывала, скучающе шаря глазами по стенам, и его словно облило ледяной черной водой.

Кажется, именно тогда он возненавидел ее.

* * *

Легкий флаер серебристой рыбкой нырнул к платформе.

– Изольда!

Она стремительно шагала по металлической палубе - коротко стриженные каштановые волосы, черные, как океан, глаза; черты лица, словно высеченные из мрамора. Очень горячего мрамора.

– Зачем ты здесь?

– Я увидела в новостях, боже мой, Ян, бедный мой Ян, неужели это было нужно?

Скорбная складка на лбу, горячие пальцы гладят его щеку.

– Нет, не говори ничего! Она догадалась о нас, я права? Она была ревнивая старая сука, но разве нужно было...

– Послушай меня! - заорал он, встряхивая ее за плечи. - Я не убивал ее!

Черные глаза пытливо уставились ему в лицо. Шенази отвел взгляд.

– Я... Я же не мог убить ее и ничего не запомнить? - он почти умолял. - Я же не мог, правда?