– Эй, сильно не увлекайтесь, здешних же продавцов серебро не спасло почему-то! – шумнул на молодёжь бригадир, и напоследок хозяйственно оглядел разгромленный магазин с волнами поплывшей задней бетонной стеной. – Лёха, а ну ходь сюда!

Оказалось, что в углу ювелирного салона обретался прилавок с лазерными дисками, и мгновенно сообразивший идею парень живо набил пазуху музыкой, сборниками электронных библиотек и даже несколькими энциклопедиями. Чёрт его знает – если затерханный ПАЗик вроде ноева ковчега, то потомкам знания и искусство очень даже пригодятся…

Весьма кстати Андрюха вспомнил, что напротив ювелирки обретался магазин «Рыболов-охотник», а чуть ниже и основанная ещё до революции аптека, бывшее заведение почившего ныне в бозе Рабиновича. Потому, экспроприация незамедлительно переехала на ту сторону улицы.

Они и сами не знали, отчего и почему набивали потрёпанный автобус всяческими полезными или хотя бы кажущимися таковыми припасами. Зачем носились и спорили, суетились и перекладывали по пятому разу. Однако ничего не делать в вымершем городе оказывалось просто невыносимо. Делать, впрочем, тоже – потому все старательно подбадривали сами себя нарочито громкими и смешливыми голосами. И если бы не глаза, в которых сквозь лихорадочный блеск так и просвечивало подступающее безумие, то эти люди вполне могли бы показатся завернувшими в город пополнить припасы геологами или туристами.

И уже в то время, когда заменяющее отныне небо золотисто-оранжевое сияние над головами начало меркнуть, Михеич последний раз обвёл взглядом своё запыхавшееся воинство. Со скрежетом насилуемой коробки передач он решительно передвинул рычаг с нейтрали на первую, и по примеру неизменно любимого в народе Юрия Алексеевича произнёс историческую фразу:

– Поехали!

ГЛАВА ВТОРАЯ. ПО КОМ ПЛАЧУТ СВЕЧИ

Бзззынь!..

Про косоглазую Одарку с детства поговаривали, что она легонько не то, чтобы себе на уме – скорее, не в своём уме.