Тай Чонг, не выпуская моей руки, повела меня по залу, представляя своим многочисленным друзьям и знакомым (я сдержанно обращался к ним на Учтиво-Дипломатическом диалекте, и их, похоже, забавляла его внушительная неопределенность). Подошел Гектор Рейберн, щеголь в лоснящемся вечернем костюме.

— Я вижу, вы нашли его, мадам Чонг, — сказал он вместо приветствия.

— Эти мерзавцы у парадных дверей устроили вход «Только Для Людей», — заявила она, снова начиная сердиться.

Рейберн кивнул.

— Да, я слышал, они весь вечер усложняют инопланетянам жизнь.

— Произошло всего лишь мелкое недоразумение, друг Гектор, — вмешался я.

— Непростительное нарушение приличий, — сказала Тай Чонг.

— Ну, похоже, неисправимого ущерба они не нанесли, — бросил Рейберн, не обращая внимания на ярость в глазах Тай Чонг. — Леонардо, можно отнять у вас несколько минут?

— Конечно, друг Гектор, — я повернулся к Тай Чонг. — Если вы не возражаете, Достойная Леди?

— Искусство скопления Альбион? — спросила она Рейберна.

— Да.

— Собственно, за этим вы сюда и пришли, — улыбнулась она мне. — Когда освободитесь, я вас найду.

Рейберн вывел меня из главного зала, и повел по узкому, облицованному плиткой коридору.

— В ближайшие пару дней с ней будет чертовски трудно ужиться, — заметил он мимоходом.

— Простите, друг Гектор?

— С мадам Чонг, — объяснил он. — С ней и с ее чертовыми принципами. Вы знаете, что эти охранники — всего лишь пара болванов, которые не хотели ничего дурного, я об этом знаю, но ее убедить никому не удастся.

Он помолчал.

— Если бы она так же рьяно защищала своих подчиненных людей! — и тут же замялся, словно ему стало неловко. — Я не хотел обидеть вас, естественно.

— Я знаю, что вы не хотели меня обидеть, — осторожно заметил я.

— Она думает, что человеческую природу можно изменить за день, а это просто невозможно. Когда-нибудь она сунется защищать не того инопланетянина, или маньяка-убийцу, или кого она там защищает на этой неделе, и тогда у нее будут настоящие неприятности.