— У меня сегодня выходной! — огрызнулась Лира, недружелюбно оглядывая невозмутимого гостя. — Я отдыхаю, ясно? И тем более не собираюсь никуда идти ради этого… как его там… твоего гостя! — Она покосилась на него и, резко развернувшись, пошла к домику.

— Простите ее, — извинился эльф, невероятно смутившись, — она всегда была очень своенравной, строптивой и независимой. Ненавидит, когда ею командуют. Но что это я разболтался? — строго перебил он сам себя. — Пойду с ней поговорю. Она согласится, вот увидите. И насчет выходного внучка все выдумывает. — И поспешил за ней на поляну.

Незнакомец же зачем-то внимательно огляделся по сторонам и неторопливо отправился по узкой извилистой тропинке вслед за стариком и его строптивой внучкой. И скоро оказался в очень красивом, живописном местечке, радующим глаза усталого путника: на небольшой полянке, покрытой ковром из густой травы и ярких цветов, в окружении толстых вековых деревьев, стоял, увитый плющом, маленький аккуратный домик эльфа. Рядом заливисто звенел ручей, русло которого, переливаясь в лучах яркого солнца, терялось где-то в чаще леса. Все вокруг дышало спокойствием и неторопливостью.

— Я же сказала, что никуда не пойду! — донесся из открытого окна рассерженный голос Лиры. — Пусть он хоть сотню золотых платит! Хоть две! Из принципа не пойду! Даже не уговаривай!

— Не будь такой обидчивой! — увещевал ее дедушка. — Подумай, ведь это же целое состояние! Когда еще такой шанс выпадет?

— Извините, что вмешиваюсь, — гость заглянул в комнату через низкое окно, облокотившись о резной подоконник, — но если дело только в цене, то я готов заплатить полторы сотни.

— Полторы сотни! — пожилой эльф чуть не упал в обморок от счастья. — Слышишь? — строго обратился он к внучке.

— Три! — веско добавил незнакомец, заметив, что девушка, задумчиво прикусив нижнюю губку и нерешительно косясь то на одного, то на другого, кажется, начала колебаться.