Где Биркарт прятал такое огромное количество золота никто, ясное дело, не знал, но среди коронных корсаров Зингары, в числе которых ходил и киммериец несколько зим назад, ходили упорные разговоры о том, что его милость частенько наведывается в Кордаву под чужим именем — отдохнуть от своих сомнительных подвигов и вложить очередную долю награбленного в торговые дома шемитов. Никаких сомнений, с возрастом Биркарт устанет от разбойничьих забав, на сбережения купит лен в Аргосе или Коф и станет добропорядочным дворянином…

Впрочем, это были чистейшей воды домыслы. На покой Биркарт Абсемский пока не собирался, что наглядно доказала недавняя история с Риго.

— Какой из тебя маг, если ты не мог отвести глаза грабителю? — поинтересовался Конан. — Или россказни о колдовских способностях барона Абсема имеют под собой основание?

— Не знаю, — тяжко вздохнул Риго. — Еду но дороге, впереди всадник… Судя по одежде, человек благородный. Он остановился, навел на меня тяжелый самострел, приказал спешиться. О какой магии может идти речь, если ты находишься под прицелом арбалета?

— Тот-Амон моргнул бы левым глазом, и от Биркарта мокрого места не осталось бы, — со знанием дела ответил киммериец. — Равно и от его арбалета. Спишем на то, что ты явно не Тот-Амон. Что было дальше?

Дальше Биркарт и двое сообщников появившихся из-за деревьев обобрали беднягу до нитки. Вежливо, но весьма настойчиво отобрали — лошадь, меховой плащ, поклажу, меч, фамильный гербовый перстень и кошелек с отцовскими кесариями.

— Прошу простить меня, сударь, — раскланялся Биркарт напоследок. — Просто вы оказались в плохое время в плохом месте. Сожалею, но моя репутация не позволяет оставить вам и единой серебряшки. К искусству грабежа на большой или малой дороге следует подходить так же серьезно, как и к любому другому ремеслу. Я обязан забрать всё. Прощайте, юноша. Надеюсь, это была наша первая и последняя встреча.