Ты, варвар, полузверь и вообще никто — ты молчал! Цемиссий же все набавлял — еще, еще… Глупец! И трус. Да разве бы ты, Хальдер, пребывал в бездействии, да разве бы ты раз за разом откладывал приступ, если бы у тебя хватало на это сил? Но не хватало, ох, не хватало! Хотя, вне всякого сомнения, ты тогда привел с собой немало кораблей и многого чего добился да, много чего взял и много чего сжег. Но этот город так просто не взять. На следующий раз, так думал ты тогда, ты, Хальдер, будешь осмотрительней. Один плененный руммалиец очень подробно — ты так повелел, а он не смог перечить — очень подробно рассказал тебе вот что: для того, чтобы иметь успех в осаде, нужны тараны, катапульты, фашины, лестницы, машины огненного боя и, что может быть важнее всего остального, нужны мастера, которые возьмутся прорыть подкоп под Пятиглавой Башней. Правда, еще лучше, если бы этим мастерам удалось отыскать тайный проход во внутреннюю — Золотую Гавань. Но где сокрыт этот проход, плененный руммалиец не сказал поклялся, что не знает. Его убили. А теперь…

То есть, тогда, в своем шатре, ты, Хальдер, хмурился и ничего не отвечал. И вообще, ты делал вид, что тебе нет никакого дела до того, что говорит Цемиссий. Он от этого очень сильно нервничал и то и дело менялся в лице. Тебя это тешило. Но потом ты спохватился, подумал, пора и меру знать. И потому, когда Цемиссий еще раз набавил цену, ты вдруг сказал:

— Довольно, я согласен.

Толмач кивнул и перевел. Цемиссий улыбнулся, отступил на шаг, дал знак слуге, тот подал ему свиток…

— Нет! — сказал ты. — Постой. Сперва… вот это, — и властно поднял руку, согнул ее в кисти и протянул ее к нему. Цемиссий побледнел. А ты строго сказал: