Александр Абрамов, Сергей Абрамов

ЧЕРНАЯ ТОПЬ

- Это не шутка,- сказал секретарь редакции районной газеты,- я действительно верю в леших, домовых и русалок. Он без улыбки взглянул на сидевшего перед ним московского журналиста. Сбоку от него в окно виднелась река, застроенная по берегам складами и бараками. - Конечно, в этом прозаическом оформлении реки русалки не водятся, прибавил он. - Я не видел их и в ее поэтическом оформлении, когда к городу по шоссе подъезжал, - усмехнулся москвич. - Камыши, осока, плакучие ивы. Самое русалочье раздолье. - Вы случайно не лесом ехали? - спросил секретарь. - Лесом. Даже грибы искал, когда машина забарахлила. Только с лешим не встретился. - А могли бы, - серьезно сказал секретарь. - У нас тут его видали. - Кто? Бабки? - Зачем бабки? Я, например. Разговор этот уже начинал раздражать московского журналиста. "Разыгрывает, - подумал он, - штучки с первого курса. Я тоже кончал факультет журналистики - знаю". - Думаете, мистифицирую? - словно прочел его мысли секретарь. Марксистски подкованный атеист и вдруг в русалок и леших верит! Москвич усмехнулся и вывернулся. - Ну насчет "верит" - это вы слишком. Есть у Юрия Казакова рассказ "Кабиасы". Читали, наверно? Ну вот и фантазируете о первобытном страхе человека наедине с природой и ночью. - Бросьте, - перебил секретарь, и опять нельзя было определить степень его серьезности, - марксистки подкованный атеист не фантазирует на литературную тему. Он размышляет о другом. Во-первых, домовые, лешие и русалки не от религии. Это народный фольклор, остатки древних легенд, уцелевших с доисторического прошлого. А вы обратили внимание, что у разных народов одинаковые поверья? У немцев - гномы, у англичан - лесные эльфы во главе с Пэком, прославленным Киплингом, у норвежцев - тролли, у русских лешие и водяные. Почти всегда добрые и безобидные существа, страшные лишь для детей. Они боятся людей и встречаются только в глуши, подальше от городов и селений.