Задача электронного моделирования пространства в один прекрасный день оказалась решенной – при немалой, кстати, помощи Старика. Корабли стали испытывать еще в процессе разработки. А Старик упорно продолжал летать. Он мог давно уже осесть на Земле: скитаясь в космосе, он к сорока годам стал не просто ученым – он сделался очень большим авторитетом в области космофизики. Примерно тогда его и стали называть Стариком. Узнав об этом, он уже совсем было спустился со своих причудливых орбит. Но после вылета, который должен был стать для него прощальным, Старик больше не заговаривал об уходе. Возможно, причина заключалась в том, что летело в тот раз два корабля, и один из них погиб.

Старик сказал, что будет летать до конца: пространство еще полно тайн, оно – его лаборатория. Ему оставили корабль, последний из испытанных им; после этого он получал корабли еще не раз: они старились куда быстрее, чем он. И все же…

И все же, с тех пор прошло немало лет. Старик летал, многое находил, и новые легенды роились вокруг его имени.

Но все эти хроники и басни остались за бортом корабля. А сам Старик находился тут, в салоне, и выжидательно смотрел на Игоря.

– По сути дела, – сказал Игорь после долгого молчания, – я ничего не знаю. Да, я не знаю. А вы обо мне? Хоть что-нибудь?

Старик усмехнулся.

– Кое-что – во всяком случае, – сказал он.

Игорь проследил за его взглядом: Старик смотрел на маленький столик, где рядом с иннерфоном… Игорь покраснел.

– Кроме того, – продолжал Старик, – не знаю, должен ли я даже пытаться выяснить хоть что-либо, пока вы сами не сочли нужным…

Игорь пожал плечами.

– Обо мне пока просто нечего узнавать. Не успел добиться ничего такого, а в какие игры я играл в детстве, вас вряд ли интересует.

– Не совсем так. Человека характеризует и то, чего он хочет добиться.

– Чего хочет…

Игорь помолчал. Говорить о том главном, чего хочешь, легко лишь тогда, когда уверен в доброжелательном отношении слушателя. Встретят ли его идеи такое отношение? А если Старик, являющийся, как-никак, авторитетом, просто рассмеется? Бывают люди, которых неприятие лишь подзадоривает, придает им духу, но случается и наоборот. Игорь опасался, что у него получится наоборот.