- Успокойтесь,- сказал Дэвис.- Почему вы стучали, а не звонили?

- Почему? - с горькой усмешкой переспросил Кроу.- А почему я все бегу последние дни, сам не зная куда? Почему меняю города и отели, ни в одном не задерживаясь более суток? Почему озираюсь, как затравленный зверь? Я всего боюсь, мистер Дэвис, всего. Даже чересчур громких звонков. В моем положении весьма рискованно привлекать к себе внимание. Выслушайте меня, это единственное, о чем я прошу. И, ради бога, не обращайте внимания на мои манеры. Я не сумасшедший, хотя после всего, что произошло, немудрено потерять рассудок.

- Что ж, - после некоторого колебания произнес обозреватель,проходите.

Он провел Кроу в гостиную, усадил в кресло и дал ему время прийти в себя. Затем Дэвис предложил гостю кофе.

Расплескивая ароматную жидкость из зажатой в дрожащей руке чашки, Джек Кроу начал свой невероятный рассказ.

- Несколько месяцев назад я попал в автокатастрофу. Здоровье мое, и без того неважное, окончательно разладилось, я стал часто болеть. Руководство фирмы, где я работал страховым агентом, уволило меня, воспользовавшись формальным предлогом.

Не стану описывать многочисленные попытки где-нибудь пристроиться. Все мои усилия были тщетны. Разве что к внушительному списку недугов прибавилось нервное расстройство. Пришлось продать почти всю мебель, самые ценные вещи, чтобы оплатить представленные медиками счета. Из родных у меня никого нет, родители умерли давно, в общем, не было ни единой нити, которая бы связывала меня с этим проклятым миром.

Несколько вечеров я потратил на то, чтобы в деталях продумать способ перехода в мир иной. Вам это может показаться диким, - произнес Кроу.- Но я оказался, что называется, у последней черты. Итак, я стал размышлять. Вешаться не хотелось - удавленники выглядят так отвратительно с их посиневшими лицами и торчащими изо рта распухшими языками. Тонуть казалось мучительной и долгой пыткой. Пустить пулю в лоб - это было приемлемым, однако денег на оружие я не имел.