Тим заставил себя поднять ее. На ощупь паричок очень напоминал настоящие волосы.

-- Джоанна, -- сказал он, ощущая полное бессилие. Он понял, что это значит. Это было невозможно, но луна светила достаточно ярко, и он видел, что кукла двигалась без помощи шнурков.

Джоанна поняла, что он это заметил, задрожала и плотнее запахнулась в халат.

-- Закрой окно, Тим, ладно? Холодно...

Он молча повиновался, и, прежде чем вновь он повернулся к ней, она решилась.

-- Сядь, Тим, -- попросила она, похлопав по постели радом с собой. -Положи сюда куклу. Она не будет двигаться, пока я... Тим, не знаю, поймешь ли ты... Сможешь ли понять. Надеюсь, что сможешь.

-- Я... я предпочел бы думать, что сошел с ума, -- медленно сказал он. - Что случилось, Джоанна? Ради всего святого...

-- Перестань, -- перебила она. -- Ничего страшного. Я давно чувствовала, что это приближается. Я меняюсь... вот и все.

- Меняешься?

- Сначала я боялась, но сейчас... сейчас мой мозг работает гораздо лучше. И тело тоже. Я могу чувствовать... чувствовать вещи... а кукла была просто экспериментом. Я могу управлять неодушевленными предметами на расстоянии. Это требует тренировки. Я сделала это с машиной в ту ночь, во время метели. Ты заметил, какая я была бледная... потом? Я потратила тогда слишком много энергии. Но теперь могу делать это без особых усилий.

-- Джоанна, -- промолвил Тим, -- ты сошла с ума.

Она отвернулась.

-- Трудно было начинать. Я уже многого добилась с тех пор... с тех пор, как заметила перемену. Я обогнала тебя, Тим. Я могу заглянуть в твой мозг... он полон высоких стен, не пропускающих правду.

-- Как ты заставила эту куклу двигаться?

Ее темные глаза взглянули на него, и Тиму показалось, что нечто странное вторглось в его мысли -- холодное, сверлящее острие.

Оно тут же исчезло, но теперь голос Джоанны казался ему чище и сильнее. Кроме того, Тим стал лучше понимать ее слова.