Надменная Долевская срежет с первого раза молодые побеги твоих надежд, так что никогда уже им потом не дорасти до цвета. Лучше подождем случая, когда в полном блеске можешь ты выказать перед ней голубые свои глаза, русые кудри, свежие щеки и жемчужные зубы. Хочешь, я введу тебя в дом Долевского? - Сделай одолжение! - отвечал Иван Казимирович, бросив испытующий взор на капуцина и стараясь узнать по голосу, кто бы это был? - Там будем мы помогать друг другу, занимаясь, впрочем, каждый по своей части. Я стану играть и отвлеку тем Долевского от наблюдений за женою, а ты своим волокитством за нею развлечешь его внимание, чтоб он скорее проигрался. - Придумано славно! - вскрикнул Долевский с злобным хохотом, - только мне кажется, что мы оба останемся в дураках! - Тебе это кажется потому, что не знаешь некоторых обстоятельств, давно известных целому свету! - Какие же это обстоятельства? - Во-первых, неизлечимая страсть Долевского к игре. Несмотря на огромное свое состояние, часто просиживает он за картами целые ночи, и это самое было началом раздора между ним и его женою. Долевский пришел в смущение, чувствуя справедливость этих слов и убедясь из них, что его супружеские отношения не тайна для других, - А во-вторых? - спросил он нетвердым голосом, - Во-вторых, сумасбродная страсть Долевского к волокитству. Несмотря на то, что судьба послала ому прекрасную, милую и образованную подругу, он беспрестанно любезничает с другими. - Далее, - прервал Долевский, краснея от стыда и злости под маскою. - В-третьих, жалкие последствия таких поступков, то есть: титло лицемера в обществе, охлаждение жены, которая, скучая одиночеством, будет непременно иметь нынешнюю ночь, в два часа, свидание в своем доме с одним очень любезным молодым человеком, влюбленным в нее до крайности.