– Не волнуйся, это всего лишь шок. Да, я тебя вылечил, это не то чтобы просто, но вполне мне по силам. Считай, что это аванс за предстоящую работу.
– Ценю, – говорю, – такие авансы. Ждешь, что отрабатывать буду?
– Жду, – кивает.
– Ну, говори как.
Тут он мне и рассказал. Я, правда, половины не понял, но уяснил главное – есть множественность миров. Ну, про концепцию параллельных пространств я читал, понять не проблема. Еще есть Порядок и есть Хаос, и при каждом свой бог. Артас – как раз бог Хаоса. Больше Хаоса – могущественней Артас, и наоборот, так что он кровно заинтересован в том, чтобы этот самый Хаос плодился и размножался. Причем названия эти, скорее, условные – Хаос не разбивает мир в атомарную пыль, а просто подстраивает его под себя. Некоторые люди, кстати, этого и не замечают, так что в продвижении Хаоса ничего плохого лично я и не увидел.
А еще он рассказал, что в разных мирах работают эмиссары богов, которые продвигают концепции своих покровителей, и что мне светит высокая честь стать эмиссаром его, великого Артаса. Тут я зевнул и спросил:
– А зачем?
Он аж поперхнулся, а потом снова начал разводить свою бодягу о величии Хаоса. Ну спектакль это, сразу видно, что спектакль. На среднего человека подействует, однако меня в детстве мать по театрам таскала регулярно, фальшь теперь чувствую хорошо. Я дождался, пока он закончит, хотя скучно было – аж скулы от зевоты сводило, а потом говорю:
– Ты вопроса не понял. Мне это зачем?
– А твоя нормальная, здоровая, полноценная жизнь что, ничего не стоит?
– А ты в курсе, что оказанная услуга – уже не услуга?
– Наш человек, – смотрю, смеется он. – А если я тебя прямо сейчас обратно в парализованное состояние переведу? Поверь, это не так и сложно сделать.
– Да и хрен с ним, – говорю.
Посмотрел он на меня, глаза выпучил:
– И впрямь не боишься.
– Не боюсь, конечно. Если ты меня уже вытащил и со мной возишься – стало быть, нужен я тебе зачем-то. А раз нужен – вряд ли будешь калечить, потому что тебе просто собственных усилий жалко будет, и еще перспектив упущенных. Так что давай, предлагай, а я буду ломаться, как целка. И имей в виду – я никому ничего не должен. Точнее, должен, соседу стольник, но это к делу не относится.