Мелисса улыбнулась. Эта перемена в Рексе ей страшно нравилась, и она не упускала случая полюбоваться на его новообретенную хищную грацию.

— Нашел, что искал? — спросила она, когда Рекс сел рядом с ней.

— Черт, учебник! — Он хлопнул себя ладонью по лбу. — Напрочь забыл. Я там влип слегка.

— Да я уже поняла. — Она теперь ощущала это более отчетливо: сквозь возбуждение Рекса просачивался вкус темняка: лимонная кислятина мыслей молодого охотника, приправленная запахом жертвы. Мелисса уже не впервые улавливала это в Красавчике. — Ты… гм, надеюсь, ты никого не съел?

— Пока нет. Но был весьма близок к этому. — Он протянул к ней руку ладонью вверх. — Хочешь поглядеть? — Его глаза сверкали.

— Конечно, Красавчик. — Мелисса улыбнулась и положила свою руку на его ладонь.

Вкус темняка усилился, пронзив ее кислотой и электричеством, как будто она поцеловала старый автомобильный аккумулятор, еще сохранивший часть заряда. Резкий, ядовитый, он заглушил все пресные оттенки собрания.

Мелисса почувствовала новую уверенность Рекса, уверенность хищника, и его беспокойство из-за того, что темняк мог захватить контроль над ним, и угасающий гул его дикого преображения. Мелисса поняла, что Рексу кто-то угрожал, что кто-то был настолько тупым и наглым, чтобы… Вот ведь мелкий мерзавец!

И было там что-то еще… неожиданный рой воспоминаний на поверхности бурлящих мыслей Рекса. Там уже не было вкуса темняка, это было нечто пугающее, но человеческое.

Мелисса отдернула руку и уставилась на линии на собственной ладони, озадаченная странными образами: гремучая змея, разрубленная пополам чьим-то отцом на заднем дворе, ядовитые зубы крепко сжаты в смертельной агонии. Половинки змеи еще добрых полчаса извиваются по обе стороны лопаты, как будто пытаясь воссоединиться и отомстить.