Мелисса моргнула.
— Кто-то боится змей?
— Тимми Хадсон. — Рекс улыбнулся, продемонстрировав избыток зубов. — Очень боится.
Она тряхнула головой.
— Что за черт?
Рекс невидящими глазами уставился на шаткую акробатическую пирамиду, построенную болельщицами. Его мысли были заняты летописями полуночников и древней памятью темняков, обретенной им против воли.
— Ты ведь знаешь… ну, как некоторые темняки используют против нас образы из наших кошмарных снов?
— Конечно, я знаю, Рекс. — Каждую ночь Мелисса чувствовала вкус этих древних тварей, живущих в пустыне. И своими глазами видела, как они меняют форму, превращаясь в червей, пауков, слизней и прочую гадость. — Именно поэтому они постоянно напускают на тебя тарантулов.
— Да, тарантулы… — Рекс задумчиво кивнул. — Так вот, Тимми Хадсон прикопался ко мне в коридоре. А он, как выяснилось, боится змей. Еще с раннего детства — его отец как-то раз убил гремучку и привел Тимми посмотреть. Поэтому я стал… немножко змеем.
Он посмотрел на Мелиссу и на мгновение высунул кончик языка. А потом улыбнулся.
Мелисса заметила, что его нижняя губа треснула, на подбородке засохла размазанная капелька крови. Она протянула руку и коснулась лица Рекса, ощутив угасающее напряжение в мускулах нижней челюсти.
— Ладно, Красавчик. Но как ты это узнал? Насчет Тимми? Вы с ним никогда не были друзьями, чтобы доверять друг другу тайны.
Рекс покачал головой.
— Я просто знал.
— Но как, Рекс? Из нас двоих телепат — я, не забыл? Так каким образом ты умудрился заглянуть в чужой кошмар?
Он снова отвернулся и стал смотреть на футболистов невидящим взглядом. От него исходила спокойная уверенность в себе, такая мощная, какой Мелисса в нем никогда не ощущала, по крайней мере вне тайного часа. Но эта его сила была приправлена горькой дрожью сомнения, горше, чем осадок чая Мадлен. Мелиссе вспомнился один молодой водитель-дальнобойщик, мысли которого она однажды почуяла, — парень впервые в жизни ехал на восемнадцатиколесном монстре, один, без напарника; он был опьянен мощью машины, но при этом отчаянно боялся, как бы эта громадина не слетела с дороги.