
Стен покачал в руке почти невидимый бокал с розоватым тоником. Начальник местной полиции, вытянувшись, стоял около пустых экранов — коричнево-золотая статуя на серо-белом фоне.
— Итак, ваша аппаратура на свалке только что зафиксировала Навена. Вы же утверждали, что наверху леса никого не было. — Тон Стева был дружелюбным, и от этого полицейский напрягся:
— Это не свалка, это склад временно ненужных…
— Не надо, а? Под трибунал вы пойдете не из-за нее. Речь о том, что Навен прошел по вашему лесу. А в чем вы меня уверяли?
Полковник полиции еще больше вытянулся перед майором Темной Гвардии, отчеканил тоном робота-информатора:
— Очевидно, у преступника имеется военный скафандр.
Уже одно это является более чем серьезным правонарушением и попадает под статью…
Стев с силой швырнул бокал на пол. Хруст ломающегося тонкого пластика — и по зеркалу псевдопаркета разлилась лужица тоника. Тотчас подоспел робот-уборщик, похожий на очень мохнатую гусеницу.
— А вы уверены, что нуль-поле не распространяется на часть леса и на свалку?
Полицейскому было уже нечего терять. Сказать «не знаю» — значит подписать себе позорную отставку. А если поле есть… Тогда все еще хуже. Ведь он буквально полчаса назад послал на свалку своих людей, посадив их в кары. Если выяснится, что они могли бы добраться до места гораздо быстрее, чем доедут на этих чертовых машинах… Это пахнет статьей об измене Императору. Полковник нервно попытался вытянуться еще больше и от дикого отчаяния перешел в подобие атаки:
