Словно сила молнии вошла в нее, не причинив вреда. Напротив, все существо оказалось пронизано мощью и пониманием, как этой мощью управлять. Айне казалось, что навскидку может попасть в летучую мышь за пол-лиги, но она ЗНАЛА, что ей не кажется, это так и есть. Внутренним взором она видела сквозь стены и темноту. Кошку под соседским крыльцом, парочку в кустах под угловой башней, жука-древоточца в бревне. Осторожно, как величайшую драгоценность, слегка натянула тетиву и отпустила. «Песня. Я назову тебя — Песня.»

Айне посмотрела на замершего купца, затем на ярла и только сейчас заметила, что глаза ей застят слезы.

«Так не бывает. Это сон. Сказка.»

Она еще раз осмотрела бесценное оружие. Великолепно. Сделано как будто вчера и как будто специально для нее. Хищный четверной загиб, балансиры — весь опыт бесчисленных поколений мастеров воплотился здесь. Несколько рун на староэльфийском и никаких больше украшений. Оружие воина или охотника, но больше подходит князю, чем простой лучнице, даже из Дану.

Вздохнув, Айне нашла в себе силы положить лук обратно на шкуру и сделать шаг или два назад. Она не произнесла ни слова, но взгляд ее сказал ярлу куда больше, чем можно выразить речью.

Да он и сам видел, что вещь попалась отнюдь не рядовая. Интересно, сколько заломит за нее купчишка? Ведь не мог же он не знать, что так бережно хранил и прятал от нескромных взоров.

— Ну-с, почтеннейший купец, назови свою цену. Что тебя интересует? Земли, сундуки золота, драгоценные камни размером с орех? Вещь нам подходит, и она будет наша в любом случае, — на последних словах ярл слегка сделал ударение, словно намекал на что нехорошее.

Коротышка молчал, лишь пот выступил на его бледном лице.

Айне, взглянув ему в глаза, изумилась. Надежда, надежда светилась в его взоре и решимость идти до конца.

— Денег не возьму, но есть одно дело… — наконец купчишка облизал губы и отважился, — дочка у меня… никто вылечить не может. Ни целитель, ни сама мать-настоятельница храма Гунноры.