– Тем, о чем вы сами сказали, – улыбнулся Аврелиан. – Быть вышибалой Пресекать беспорядки и поддерживать мир.
Здоровенный ирландец неуверенно кивнул:
– Довольно странно, что вы отправились в Венецию, чтобы подыскать работника для австрийской таверны.
– О, я здесь вовсе не за этим. У меня тут совершенно другие дела. Совершенно. Но стоило мне увидеть, как вы расправились с этими молодцами, как я понял, что вы рождены для такой работы.
– Ладно. Какая, в общем, разница! Вы платите.
Ветер усиливается, подумал Даффи. Как громыхает окно!
Аврелиан поднялся.
– Благодарю за помощь в этом деле, – быстро проговорил он, пожимая Даффи руку и почти волоча его к двери. – Увидимся через месяц или около того.
– Хорошо, – согласился Даффи и через мгновение обнаружил себя на темной лестничной площадке перед захлопнувшейся дверью. «Довольно странный старикан, – думал он, ощупью спускаясь по ступеням. – Очень любопытно, действительно ли в этом мешке пятьсот дукатов?»
Запах дешевого ликера витал у подножия лестницы, и Белла выскочила из темноты, едва Даффи спустился.
– Маленький евнух дал тебе денег, верно?
– Прошу прощения, леди, – ответил Даффи – Ничего подобного.
– Почему бы нам не выпить где-нибудь вина? – предложила она. – Я бы многое могла о нем порассказать.
– Меня он не интересует. Прошу прощения. – Даффи проскользнул мимо нее на мостовую.
– Но, может, тебя интересует женское общество?
– Ты-то тут при чем? – бросил Даффи через плечо, удаляясь.
Она прокричала ему вслед что-то грубое, но он не разобрал слов. «Бедная старуха, – сказал он себе. – Совсем сдурела от дешевого итальянского ликера. Оскорблять незнакомцев и изводить бедного ненормального старика».
Он взглянул на небо – примерно час пополуночи. «Какой смысл возвращаться сейчас в Сан-Джиорно! – думал он. – Единственное, что меня там ожидает, так это разъяренный домовладелец, который не получил платы за жилье. Лучше подыскать место, где провести ночь, а с утра пораньше отправиться в путь. Несколько часов сна в более или менее чистой постели – вот все, что сейчас нужно. Ночка выдалась беспокойная».