Мои пальцы нащупали в кармане обертку от таблетки «монаха». Совершенно верно, вчера под фартуком на мне были именно эти брюки…

Какой-то инстинкт заставил меня умолчать о находке. Я вынул руку из кармана пустой. Луиза уже помогала агентам копаться в мусоре. Я присоединился к ним.

Наконец, Моррис сказал:

— Четыре. Надеюсь, что это все. Но надо поискать и за стойкой.

«Пять», — подумал я. И еще я подумал: «Вчера вечером я приобрел пять новых профессий. Не разумнее ли скрыть хотя бы одну из них?»

Если у меня хватило ума принять телепортационную таблетку, предназначенную для каких-то многоглазых существ, то чего еще я мог вчера наглотаться?

Может, я — стал рекламным агентом, может, вором высшей квалификации, а, может, дворцовым палачом, в совершенстве владеющим искусством пытки? А вдруг я напросился на что-нибудь еще более отвратительное, что-нибудь вроде профессии Гитлера либо Александра Македонского?

— Здесь ничего нет, — сказал из-за стойки Моррис. Луиза подтвердила его слова, передернув плечами.

Моррис протянул четыре обертки Литтлтону и распорядился:

— Отвези к Дугласу и позвони нам оттуда.

— Мы подвергнем их химическому анализу, — объяснил он Луизе и мне. — Может сдаться, среди них попалась обычная обертка от конфеты. А может, мы пропустили одну или две. Но пока что будем считать, что всего их было четыре.

— Ладно, — сказал я.

— Ладно ли, Фрейзер? Может, все таки три? Или пять?

— Не знаю. — Я действительно не мог вспомнить.

— Четыре, так четыре. Две из них мы уже идентифицировали. Одна — курс телепортации для каких-то инопланетян. Вторая — языковый курс. Так?

— Похоже, что так.

— Что он вам дал еще?

В моей голове опять поплыли какие-то клочки воспоминаний, никак не желавшие разъединяться. Я пожал плечами.

Моррис на глазах впадал в отчаяние.