Я отхлебнул кофе. Сегодня у него появился какой-то новый вкус, более приятный, чем обычно, словно память о привычной для «монахов» еде прибавила прыти моим вкусовым железам.

— Но тогда-то вы этого не знали, — сказал Моррис.

— Откуда мне было знать? Я положился на его чувство ответственности.

Моррис сокрушенно покачал головой, но про себя, казалось, ухмыльнулся.

— Потом мы продолжали беседу… а потом я принял еще несколько таблеток.

— Зачем?

— От первой таблетки я забалдел.

— Опьянели?

— Не опьянел, но мысли начали путаться. Голову забили «монашьи» слова, да еще каждое из них пыталось ассоциироваться со своим значением. От неизвестных людям образов, от слов, которые я не мог выговорить, у меня все перед глазами поплыло.

— Сколько же таблеток вы приняли?

— Не помню.

— Ничего себе…

Откуда-то всплыло воспоминание.

— Помню, я попросил его дать мне что-нибудь необычное. По-настоящему необычное.

Моррис больше не смеялся.

— Счастье ваше, что вы еще способны разговаривать. Спокойно могли бы очнуться сегодня утром бессмысленно лопочущим идиотом.

— Тогда мне все это казалось разумным.

— Так вы не помните, сколько таблеток приняли?

Я покачал головой. Может статься, новый толчок моим мыслям дало именно это движение.

— Я вам говорил о флаконе с маленькими треугольными таблетками? Стиратели памяти, вот что они такое.

— Боже мой! Вы не…

— Да нет же, Моррис. Они не всю память стирают, а только то, что усвоено из других таблеток. РНК в таблетках у «монахов» все перемечены так, что стиратель памяти может выделить их и разложить.

Моррис смотрел на меня во все глаза. Наконец, он произнес:

— Невероятно. Обучающие таблетки сами по себе невероятная вещь, но это… Вы хоть понимаете, что надо сделать, чтобы добиться подобного результата? К каждой молекуле РНК в каждой из обучающих таблеток надо присоединить определенный радикал. Активным элементом в стирателе памяти служит фермент, рассчитанный именно на этот радикал… — Заметив выражение моего лица, он добавил: — Не ломайте себе голову, просто поверьте мне на слово. Должно быть, они пользовались обучающими таблетками добрую сотню лет, прежде, чем разработали стиратели памяти.