Больше он с «очкариками» старался не вязаться, занимаясь разведкой и транспортными рейсами. Несколько раз участвовал в спасательных операциях. Эвакуировал марсианскую базу и снимал с орбиты красной планеты партию геологов-работяг. Тогда геологическая перевалочная платформа повредила стабилизаторы и крепко просела к поверхности. Пристыковаться к ней смог только Богданов. На флоте сказали — повезло. Однако Игорь точно знал, что везение тут не при чем.

Одним словом, Богданов репутацию имел. Был, что называется, молодой да ранний.

Про таких на флоте говорили — космос любит. Не уточняя, то ли капитан любит космос, то ли космос капитана. Любит и все!

Когда в «Большом Кабинете» совета директоров корпорации «Космос», ему предложили принять участие в спецпроекте, Игорь согласился легко и сразу. Во-первых, такой шанс выпадает раз в жизни. Во-вторых, такой рейс, в случае успеха, мог обеспечить Богданова на всю оставшуюся жизнь. Хочешь — работай. Не хочешь — просто прожигай жизнь. А в-третьих, отказ означал бы, скорее всего, вечное прозябание в какой-нибудь грузовой флотилии, что мотается между Сатурном и базой на Юпитере. А то и вообще… штамп в личном деле: «Медкомиссия не пройдена» и прощай космос. Таких ребят, упустивших в свое время Шанс, Богданов насмотрелся. И уж лучше болтаться где-нибудь в вакууме с выпученными глазами, нежели жить так. Собственно, что такое смерть? Вселенная безжалостна, но милосердна. Удар, толчок, испуг. Секунда. И тебя нет. В лучшем случае окоченевший труп, в один миг разорванный изнутри собственным давлением.

А так… горстка атомов, бывшая когда-то человеком, улетает в пустоту.

Смерти, как таковой, Богданов не боялся. Жизнь на помойке была куда страшнее.

Игорь встряхнулся.

Если сегодня днем генератор не выдаст штатных графиков, то к вечеру он обязан доложить в Центр, о том, что полет необходимо отложить. Паршиво, конечно, но не фатально.