Конечно, он всегда настаивал, чтобы она мылась каждый раз, как посещала его, что ей было немного неловко — при ее доходах, у нее, вероятно, было больше чистой воды, нежели у него. Однако, было немалым удобством, что теперь она могла бросить работу в «Питомнике организмов» и уделять внимание другим контрактам одновременно с работой над Скиэйки.

Она всегда покидала его жилище около одиннадцати тридцати, но оставалась поблизости. Наконец, в одну прекрасную ночь она увидела, что он покинул Оазис. Она помнила отчет Селина Бэни и знала, чего следует ожидать. Она быстро догнала его и сказала взволнованным голосом:

— Парень… Эй, парень!

Он остановился и доброжелательно окинул ее взглядом, не узнавая.

— Да, моя дорогая?

— Если ты идешь в ту сторону, я пойду вместе с тобой. Я боюсь.

— Конечно, моя дорогая.

— Спасибо, парень. Я иду домой. Ты тоже идешь домой?

— Ну, не совсем.

— А куда ты идешь? Ты не собираешься делать ничего плохого? Я не хочу неприятностей.

— Ничего плохого, моя дорогая. Не волнуйся.

— Тогда что ты здесь делаешь?

Он таинственно улыбнулся.

— Слежу кое за чем.

— За кем?

— Нет, за чем.

— А за чем ты следишь?

— Ты любопытна, а? Как тебя зовут?

— Гретхен. А тебя?

— Меня?

— Как твое имя?

— Фиш. Зови меня мистер Фиш. — Он секунду поколебался, затем добавил:

— Здесь я сворачиваю налево.

— Как удачно, мистер Фиш. Мне тоже налево.

Она заметила, что все его чувства насторожились, и заставила себя лепетать что-то невинное. Она шла рядом с ним, пока он поворачивал, возвращался назад, проходил улицы, аллеи, переулки и скверы, и заверяла его, что это ей по пути домой. У какой-то смрадной свалки он по-отцовски похлопал ее и велел подождать, пока он посмотрит, безопасно ли тут идти. Он пошел посмотреть, исчез и больше не появился.

— Я проделала этот опыт со Скиэйки шесть раз, — отчитывалась мисс Нанн в ККК. — И каждый раз он раскрывался чуточку больше, не отдавая себе в этом отчета и не узнавая меня. Бэни был прав. Это фуга.