- Чем я могу помочь? - спросил я.

- Мне нужен светский человек, который, тем не менее, мог бы говорить с этой публикой на их языке. В полиции таких не оказалось. Ты же знаешь нашего министра.

Министра полиции Ноаха Шапиро знали все. Еще бы - именно он нарушил многолетний статус-кво и открыл в шабат все без исключения улицы даже в ультрарелигиозных кварталах. В прежние времена это было бы невозможно религиозные партии могли угрожать провалом любой коалиции. Но в каденцию премьера Вакнина партия Труда впервые получила подавляющее большинство в кнессете и не нуждалась ни в чьей поддержке...

Ровно сутки спустя мы опять сидели с Бутлером в его салоне. По стерео показывали прямой репортаж об инаугурации господина Чернышева - первого, законно избранного, президента России с очевидными фашистскими взглядами. Нам обоим было не по себе - на Манежной площади бесновались огромные толпы фанатиков, антисемитские лозунги висели на балконах гостиницы "Националь" и на здании Манежа. А народ, как всегда, безмолвствовал. Народу, видите ли, надоело голосовать - к урнам пришли только сорок два процента избирателей, но две трети этого числа предпочли фашиста Чернышева демократу Прохорову. Так, двадцать восемь процентов избирателей навязали России новую реальность.

- Если Сохнут успеет провести в России операцию, аналогичную "Шломо"... - сказал Бутлер и не закончил фразу. А что говорить - и так все было понятно. Ехать надо вовремя.

Когда Чернышев сделал свой знаменитый жест правой рукой и сказал "Русские люди, к вам обращаюсь я...", Роман потянулся к пульту и выключил стерео. В салоне сразу стало уютнее и теплее.

- Своих проблем хватает, - сказал Роман. - Ты весь день провел в ешиве. Расскажи о впечатлениях.

- А ты...

- Мне хвастаться нечем. Топчемся на месте.

- Видишь ли, я не разговаривал ни с кем лично, я больше ходил и слушал...