– Мы осознаем опасность такого положения дел, — прервал его полковник и продолжал, придав голосу оправдательные интонации: — Наши психологи работают над этой проблемой, наши сотрудники обладают высокой квалификацией в отношении процедур контакта с неземлянами. Кроме того, мы обладаем полномочиями, позволяющими следить за тем, чтобы члены экипажей всех кораблей, осуществляющих подобные контакты, были соответствующим образом подготовлены. Все и каждый осведомлены о том, как опасно обронить или передать по системе связи необдуманное слово, как опасно совершить действие, которое могло бы быть воспринято как враждебное. Все понимают, каковы могут быть последствия. В наших стараниях избежать подобных ситуаций мы учитываем ошибки, допущенные в прошлом. Это вам известно.
«Полковник, — подумал Мак Эван, — прежде всего полицейский и, как хороший полицейский, не терпит никакой критики по адресу своего ведомства». Кроме того, его раздражение в отношении двух пожилых ветеранов войны уже приближалось к той критической точке, когда какие‑либо разговоры могли быть прекращены. «Полегче, — урезонил сам себя Мак Эван. — Он тебе не враг».
А вслух он сказал:
– А я пытаюсь сказать вот о чем: учет ошибок прошлого — дело хорошее, но такой подход чреват сюрпризами. Подчеркнутая, гипертрофированная учтивость в отношениях с неземлянами носит искусственный, неискренний характер. Возникающее на фоне таких отношений напряжение грозит бедой даже тогда, когда речь идет о специально подготовленных и высокоинтеллектуальных существах, которым позволяется осуществлять межпланетные контакты. Такой тип контакта слишком узок, слишком ограничен. Представители видов, входящих в Федерацию, далеки от истинного знания и понимания друг друга, и этого ни за что не произойдет, пока контакты не станут более теплыми и естественными. При нынешнем же положении вещей немыслимо вообразить даже дружеского спора с представителем иного вида.
Мы просто обязаны узнать их по‑настоящему, полковник, — торопливо продолжал Мак‑Эван. — Узнать настолько близко, чтобы перестать непрерывно быть такими чертовски вежливыми.