«Р-р-р-р, р-р-р-р» — снова затрещал зуммер телефона. Я вскочил и машинально схватил трубку. Опять доклад вахтенного офицера об айсбергах впереди по курсу. Теперь их стало больше и расположены они ближе друг к другу. Взглянув на часы, я заметил, что спал всего четырнадцать минут.

Я приказал вахтенному офицеру доложить мне, когда концентрация айсбергов увеличится приблизительно до одного на квадратную милю.

— Есть, есть, сэр! Ждать вам придется недолго, — бодро ответил Леги.

Однако для меня это время тянулось долго., Когда доклады об айсбергах стали поступать все чаще и чаще, спать стало совершенно невозможно. На койке меня удерживало лишь какое-то странное упрямство. Я хотел показать, что этот небывалый прорыв нашего корабля в гущу айсбергов не особенно-то меня и волнует. Позднее нам предстояло попасть в еще более сложные ситуации, поэтому мое отношение к нынешней, менее сложной обстановке могло оказать нежелательное действие на экипаж. Однако вскоре простое благоразумие заставило меня уменьшить скорость хода до десяти узлов. Но даже и после этого корабль, казалось, непрерывно поворачивал то в одну, то в другую сторону.

Без десяти шесть поступил долгожданный доклад: несколько последних айсбергов были расположены приблизительно по одному на квадратную милю. Куда бы корабль ни повернул, везде впереди него оказывались айсберги. Продвигаться вперед, конечно, было еще возможно, но способность лодки идти в подводном положении среди айсбергов была полностью доказана, и теперь вполне можно было взглянуть на эти гиганты из надводного положения. Приказав вызвать на посты специальную штурманскую группу для нанесения на карту обнаруженных айсбергов, я быстро оделся и направился в центральный пост.

— Всплывайте на сорок пять метров, Леги, и удифферентуйте лодку без хода, — приказал я вахтенному офицеру, стоявшему на перископной площадке.