Атмосфера напоминала мне густой туман в ранние утренние часы, который в зимнее время часто окутывал наш родной Нью-Лондон в Коннектикуте. На мне был шерстяной костюм, поэтому первые несколько секунд воздух показался мне не слишком холодным, но проклятый густой туман был совершенно непроницаем. Мертвую тишину моря Баффина нарушал только гул воздуходувки низкого давления, вытеснявшей остатки воды из балластных цистерн. Я с тревогой оглянулся вокруг. Ведь рядом с нами находился добрый десяток айсбергов. Как мне хотелось в тот момент, чтобы туман рассеялся!

Не успел я подумать об этом, как в динамике системы корабельной трансляции раздался необычайно возбужденный голос Стронга:

— Командир, вам обязательно нужно взглянуть на экран радиолокатора!

Я поспешил вниз.

Экран выглядел так, как будто его обложила коревая сыпь. Центральную точку, обозначавшую наш корабль, окружало множество крупных белых пятнышек. В проходе к экрану радиолокатора толпились любопытные подводники, внимательно ловя каждое слово оператора. Каждый старался протиснуться вперед, чтобы взглянуть на экран собственными глазами. Вокруг нашей лодки в радиусе десяти миль было не менее трех десятков айсбергов, а их количество за пределами десятимильной окружности подсчитать было бы невозможно. Казалось, что, как раз перед тем как всплыть, мы прошли через специально собравшуюся для нас небольшую по занимаемой площади, но очень плотную по количеству айсбергов группу этих ледяных гигантов.

Вполне возможно, что пройдет немного времени и туман рассеется, поэтому надо было систематически наблюдать за положением каждого айсберга, находящегося вблизи корабля. Стронг, этот замечательно подготовленный старший помощник, уже начал наносить айсберги на планшет. Я решил, что, как только туман рассеется, мы должны будем буквально «отпечатать» каждый айсберг, использовав для этого все имеющиеся средства. Нанеся на карту места айсбергов и их очертания по наблюдениям из надводного положения, мы сможем использовать эту карту для выбора курсов при движении от одного айсберга к другому в подводном положении, даже в том случае, если они снова будут окутаны туманом. Мы допустили бы непростительную ошибку, если бы надводную часть одного айсберга и подводную часть другого рассматривали как одно целое.