- Помогите! - Вестник погрузился по самый подбородок. Он вытягивал руки в стороны, стараясь выбраться, но жидкая ртуть, окружающая его, не давала опоры. - Ради Бога, по... - Лица больше не было видно. Дрожащая масса сомкнулась над его головой. Спустя несколько мгновений над поверхностью остались только судорожно дергающиеся руки. Они уходили и уходили вниз, пока в какое-то мгновение дорога вдруг начала быстро застывать, превращаясь в сияющее серебро. Бетон сомкнулся вокруг кистей утонувшего Вестника, которые стали похожи на диковинные белые растения, пробившиеся к свету посредине проезжей части. Пальцы еще несколько раз дернулись и замерли окончательно.

Гордон сошел с крыльца и направился к торчащим ладоням, ощупывая перед собой путь стволом ружья. Убедившись - или посчитав, что убедился в том, что улица его не проглотит, как этого бедолагу, он присел рядом с ними на корточки и принялся разглядывать.

- В чем дело? Что происходит? - вышла из дома Бренда Джеймс. Ее светло-каштановые волосы слиплись от пота. Джонни молча показал на дорогу. - О Господи! - прошептала она.

- У него были неплохие часики, - просветил Гордон и наклонился, чтобы разглядеть циферблат. - "Ролекс", между прочим. Тебе не надо, Джонни?

- Нет, - откликнулся Джонни. - Пожалуй, нет.

- Бренда, а тебе? Вроде бы идут правильно. Женщина покачала головой и крепко сжала ладонь Джонни.

- Жалко их тут оставлять. Одна машина проедет - и нет часиков. - Гордон оглядел улицу. Никто уже не помнил, когда тут последний раз появлялись машины, но как знать... Подумав, он снял часы с запястья мертвой руки. Стекло треснуло, на нем застыли капельки жидкого бетона, но все равно они были очень симпатичные, блестящие. Надев их, он выпрямился. - Все произошло слишком быстро. Никто бы не успел ничего сделать. Верно, Джонни?