Митя прижал к себе львенка:

- Я бы тебя и так никогда не бросил, а теперь, когда ты еще и разговаривать умеешь...

- А почему бы мне не уметь? Мой прапрадедушка, между прочим, не только разговаривал, а еще и книжки писал. Про льва и собачку - замечательная книжка!

- Твой прапрадедушка?! - удивился Митя.

- Ну да. Лев Толстой.

- Лев Толстой?! - переспросил Митя.

- Да. А чего тут удивительного? Звали этого льва так - Толстой. Вот я, к примеру, Мефодий, а он - Толстой.

- Но он никак не может быть твоим прапрадедушкой, - возразил Митя.

- Это еще почему? - обиженно спросил Мефодий.

- Да потому, что он - человек.

- Ничего подобного. Человек Толстой про Буратино написал. А про льва и собачку написал лев Толстой. Разве не так?

Мефодий был очень наслушанным львенком. Он всегда сидел рядом с Митей и слушал, когда тому читали вслух.

- Среди нас, львов, много ученых, - важно добавил Мефодий. - Вон и Кассиль - тоже лев.

Мите вдруг расхотелось спорить с Мефодием, потому что он подумал, что, наверное, очень трудно чувствовать себя львом, если ростом ты с комнатную собачку и у тебя даже нет прапрадедушки Льва Толстого.

- Значит, ты - лев? - спросил Мефодия Авося.

- Кому - Лев, а кому Лев Мефодиевич, - сказал Мефодий, который все еще дулся на Авосю - из принципа.

- Лев - это такой сильный и грозный? - спросил Авося, с сомнением поглядывая на Мефодия.

- Как видишь, - скромно сказал Мефодий, чувствуя себя ужасно сильным и грозным.

- Вот здорово! - сказал Авося, чувствуя себя ужасно храбрым.

И тогда он вдруг очень понравился Мефодию. Мефодий протянул ему плюшевую лапку и примирительно сказал:

- Можешь звать меня просто Мефодием.

А Мефодий вдруг очень понравился Авосе. И Авося пожал его лапку и сказал:

- А меня - Авося.

Глава 4. Легко ли внушать доверие?