— В удостоверении профессора была фотография мальчика, а все остальное мне стало известно из допроса свидетеля, сторожа Вайнухина. А то, что убитый один из преступников, стало известно не только со слов свидетеля, но и потому, что в его руке был нож, которым он и убил профессора Самохвалова.

— Где работал профессор? — неожиданно спросил генерал.

— В военном научно-исследовательском институте. Я попытался связаться с руководством, но… — Капитан смущенно пожал плечами.

— Что?

— Даже по милицейским каналам мне не удалось выяснить телефоны этого института: информация отсутствует.

— Понятно… — задумчиво процедил Богомолов. Ему вдруг показалось, что в его мозгу промелькнула важная догадка, но сейчас не было времени для ее анализа. А потому он сделал то, что могло ускорить дело — достал мобильный телефон и быстро набрал номер. — Скворцов?

— Да, капитан Скворцов слушает.

— Богомолов говорит.

— Здравствуйте, товарищ генерал! Чем могу помочь?

— Мне срочно нужна информация о научно-исследовательском институте, в котором работает Самохвалов Валерий Бенедиктович, по крайней мере координаты начальства…

— Нет ничего проще, записывайте…

— Как? Откуда?

— Институт уже пару месяцев под нашим контролем, начиная от охраны и кончая сигнализацией.

— Почему я об этом не знаю?

— Скорее всего, вы просто не обратили внимания, когда подписывали свое согласие, товарищ генерал. — Капитан был явно смущен.

— Чем занимается этот институт? — спросил Богомолов, но тут же чертыхнулся про себя: «Совсем плохой стал…» Не раз делал нагоняй за то, что его сотрудники позволяли болтать по телефону лишнее, а сам…

— Скворцов, забудь о моем вопросе! Диктуй телефоны… — Генерал записал их в свой блокнот и закончил: — Благодарю за службу, капитан.

— Рад стараться, товарищ генерал!

Отключив телефон, Богомолов действительно вспомнил, что несколько месяцев назад подписывал такое обращение НИИ МО, которое переправил к нему первый заместитель шефа ФСБ.