Длинная ученая тирада до того истощила бедного Куркиса Браска, что он позволил себе некоторую вольность: вытащил из кармана платок и принялся старательно вытирать взмокшее лицо.

Великий гросс сардунский выслушал объяснения гостя очень внимательно и даже виду не подал, что почти ничего не понял. Пожевав дряблыми бескровными губами, он глянул на Куркиса Браска весьма неодобрительно и сухо спросил:

— Эм-м… конкретизация… Вы предлагаете производство дешевых кресел, сын мой?

— Что вы, ваша честь! — вскричал, забывшись, фабрикант и даже подпрыгнул от негодования. — Я предлагаю производство чудес, высокосортных чудес любой категории и любого масштаба!

Воцарилось минутное молчание, гросс ежится, зябнет и пристально смотрит в камин, словно советуется с огненными саламандрами. К ним же он и обращается с осторожным вопросом:

— Можно увидеть модель аппарата в действии?

— Так точно, ваша святость! Обязательно можно! Весь и немедленно к вашим услугам! — радостно кричит Куркис Браск и крепко стукает каблуками.

— Что для этого нужно?

— Насыщенное ментогенное поле, ваша святость, с абсолютно точной информацией. Для модели вполне достаточно двадцати человек, сосредоточенно думающих об одном предмете!

Гросс шевелит седыми бровями и оборачивается к протеру-секретарю. Белоснежная сутана немедленно склоняется перед креслом сына божьего в предупредительном поклоне.

— Будьте любезны, дорогой протер, — говорит старичок, — проводите уважаемого ведеора Браска в конференц-зал святейшего собрания. Пусть ведеор Браск приготовит там все необходимое, а вы тем временем созовите всех находящихся поблизости беспорочных протеров нашей Гроссерии. Как вы слышали, их должно быть не менее двадцати… На демонстрации модели прибора «эмэм» мы будем присутствовать лично!..