Не без усилия поднял варвар свой топор и начал  крушить  эту  последнюю преграду (то, что он наносит ущерб  чужой  собственности,  его  нимало  не беспокоило). Пока он прорубался через толщу дубовых досок, чья-то  бледная исхудалая рука просунулась в щель и повернула  дверную  ручку.  Незапертая дверь распахнулась, и Илагабалус вышел на свободу.

   Это был изящного сложения молодой человек, облаченный в  шелк  (точнее, теперь это были шелковые лохмотья). Из шелка же  была  и  повязка  на  его глазах, ибо был он слеп как крот.

   - Отважный сэр, - произнес он, протянув руку по направлению к  Гондону. - Поздравляю вас, хоть и  не  имею  чести  быть  с  вами  знакомым.  Воин, устоявший перед магией Чуда-Зануда, должен быть настоящим  героем.  Знайте же, мой герой, что вы спасли Илагабалуса,  принца  Гипедермии  и  будущего супруга принцессы Заморяны. - Тут он сделал вежливую паузу,  давая  своему спасителю возможность представиться.

   Однако познания Гондона в области дворцового этикета были минимальными. "Идем!" - крикнул он, хватая принца за руку с такой силой, что тот упал. С трудом поднявшись, Илагабалус поспешил за троянцем на волю.

   На другом конце Башни Летучих Крыс Глотка вбежал в чертог  Сон-Амока  и застал своего господина храпящим в сливовом пюре.

   - Проснитесь, ваша злосветлость! - возопил он.

   - Что-о-о? - Сон-Амок приподнял голову и  облизал  лицо  своим  длинным розовым языком. Придя в  себя,  он  бросился  к  волшебной  миске,  ожидая увидеть Гондона таким же неподвижным, как  он  сам  минуту  назад.  Вместо этого глазам его предстали Гондон и Илагабалус, спускающиеся по Тринадцати Ступеням.

   - Во дворец! - вскричал Илагабалус, опьяненный свободой.

   Сон-Амок проклял Гондона так замысловато, что у Глотки даже  скрючились когти на ногах. С пылающими яростью лягушачьими глазами метался чародей по библиотеке в поисках заклятия, достаточно  сильного,  чтобы  справиться  с троянцем.