— Надо охране сообщить. Может быть, они что-то знают?

— Кто они? Василий один дежурит. Здесь же по стене сплошная техника. Чуть что — такой тарарам поднимет, что тошно станет. Да только не верю я этой технике. Человек надежнее. Сроду не сталкивался с такой машиной, которая бы не барахлила. А может, действительно собак завести? Для верности. Как, Ириша?

— Ну о чем вы, Александр Иванович, какие собаки? А если кто-нибудь из детей к этим собакам полезет? — Глаз Ирины Геннадьевны за потемневшими на солнце стеклами очков видно не было, но чувствовалось, что взгляд их сейчас строг, если не суров.

Дядя Саша смешался.

— Да, это верно, это правильно. Глупость сказал, не подумал. Но Василию все равно надо следы показать. Может правда он что-нибудь знает?

Вряд ли Василий Степанович знал что-то о загадочных следах, потому что воспринял сообщение о них очень серьезно. Внимательно изучив те несколько отпечатков, которые можно было различить на земле, он велел всем отойти подальше и со словами: «Надо доложить!» быстрым шагом удалился в дежурку.

— Ну, нам здесь делать больше нечего. Кому надо — разберутся, сказала Ирина Геннадьевна. — Пойдемте в дом.

Денис опять о чем-то негромко говорил с Ириной Геннадьевной. «А ведь он уже почти совсем взрослый, — со странным чувством подумал Егор. — Так не успеешь оглянуться — и уйдет из дома своей дорогой. Будет изредка навещать стареющего отца, с каждым разом все более неузнаваемый и далекий».

Дядя Саша словно в душу Егору заглянул.

— Вот так и мои, — вздохнул он. — Вырастут, вытянутся — и поминай как звали. Кем будут — один Бог ведает. И не вспомнят, наверное, старика. Весточки даже не пришлют. Охо-хо!

Егор рассмеялся и обнял его за плечи:

— Хватит тебе причитать! Сам подумай — ну куда они от тебя денутся?

— Да уж денутся! — махнул дядя рукой.

— Куда?!

— Туда! — Дядя Саша ткнул пальцем в небо. — Понимаешь, Егорша, с некоторых пор запала мне мысль одна. И никак покоя не дает. Погоди, не ходи в дом. Давай здесь посидим.