- Быстро! быстро! пошевеливайтесь! - подгонял Эйпон. Пошевеливайтесь! - Дождавшись, когда все выстроились в линию, он продолжил: - Внимание, теперь слушаем командира.

Лейтенант Горман внимательно осмотрел взвод. Десантники ему не нравились. "С ними будет масса трудностей, - заметил он для себя. Дисциплина явно хромает".

Главной причиной для этого глубокомысленного вывода послужили в основном две детали: красная повязка на голове Вески, придающая ее внешности определенную экзотичность, и одетая задом наперед кепка рядового, фамилии которого он не мог вспомнить, что ему тоже очень не нравилось. Да и строй продержался недолго: не дожидаясь очередной команды, многие самостоятельно расслабились. Но других людей у него не было.

- Доброе утро, - привычно командным голосом произнес он. - К сожалению, у меня не было времени сообщить вам о вашей миссии перед вылетом...

- Сэр! - нахально перебил его десантник в перевернутой кепке, который успел уже облокотиться на какую-то цепь (в оборудовании космических кораблей Горман разбирался слабо).

"Как же зовут этого негодяя? - напрягся он. - Как-то на "Х"... - Что, Хиггс?

Десантник в неправильно надетой кепке растянул рот до ушей. В нем было что-то клоунское.

- Я Хадсон, - довольный ошибкой командира, заявил он. - Хиггс - это он.

Слева от клоуна Хадсона стоял парень, которого можно было без натяжки назвать красивым.

"Хадсон - клоун, - внес в "систему запоминания" лейтенант. - Хиггс красавчик... Хоть этих двоих не буду путать..."

- В чем дело? какой вопрос?

- Скажите, а это у нас что будет, настоящая боевая операция, или опять будем охотиться за вирусом? - Рожа Хадсона приняла еще более дурацкое выражение.

- Мы знаем только одно: с колонией на LB-426 по-прежнему нет связи; возможно, дело касается ксеноморфов.