Внезапно Голик - он бежал первым - резко остановился, и его спутник чуть не налетел на него.

- Ну, что там еще?!

Голик молча указал вниз. Палка какая-то... Нет, не палка - факел. Тот самый факел, который выронил Бомс.

- Значит, это здесь. Иди же!

Но собственный факел задрожал в руке Голика - возвращался уже забытый было страх.

- Дай сюда! - сказал Рейнс тоном приказа, протягивая ладонь.

Голик с видимым облегчением отдал ему светильник. Они поменялись местами, и теперь он следовал за Рейнсом.

Это спасло ему жизнь.

Они выбежали за поворот - и остановились в растерянности. Крик явно доносился отсюда. Но это снова был тупик, и никого не было перед ними, лишь на полу расплывалось пятно непонятной жидкости. Кровь? Или сконденсировавшаяся влага?

И Рейнс, как несколько минут назад Бомс, посмотрел вверх: откуда это натекло?

Он увидел то же, что видели перед ним уже два человека на Ярости: жуткую, словно из кошмарного сна, морду, окровавленную и покрытую слизью. Увидел переплетение щупалец и бессильно свисавшие оттуда, из самой середины клубка, человеческие ноги.

А в следующий миг Чужой, все еще продолжая удерживать тело своей прежней жертвы, ринулся на Рейнса сверху.

- Беги! - только и успел крикнуть Рейнс. Это было его последнее осознанное слово. Все остальное потонуло в стоне, криках, небытии...

Нет, Голик не побежал, но не от храбрости - он просто оцепенел, врос в пол. И только когда одно из щупалец случайным движением хлестнуло его по лбу, сбивая наземь, когда в лицо ему ударила кровь Рейнса, фонтаном хлынувшая из разорванных артерий, - лишь тогда оцепенение покинуло его. С душераздирающим визгом, в котором уже не оставалось ничего человеческого, он даже не побежал, а пополз по коридору, извиваясь, словно раздавленный червяк.