— Иммиграционный контроль должен быть крутым.

— Крутым — то есть избитым? Знаешь, на кого ты похож? Вон зеркало, посмотри!

Поль уже смотрелся в зеркало. Со своими фингалами он был похож на тощую рыжую панду.

— Так как насчет курорта в другом полушарии? — вернулась к прежней теме сестра.

— Спасибо, — еще сильнее откинув голову, процедил Поль, — только сначала я этого Криса Мерлея отсюда спроважу. Пусть сидит у себя на Ниаре и к нам не суется. Для чего я, по-твоему, иммиграционный контроль?

— И это взрослый человек! — У Ольги вырвался тоскливый вздох. — Это наша полиция, краса и гордость Неза, опора правопорядка! Каким был двадцать лет назад, таким и остался. Вот что, я попрошу Стива и Тину за тобой присмотреть, уж их-то ты не побьешь! Они сегодня прилетели, я еще не говорила? Ну да, у меня же все из головы выскочило, когда я увидела твои синяки…

— Где они? — Поль так обрадовался, что забыл о расквашенном носе и выпрямился.

— На Орибе, а завтра будут здесь.

— Тогда я тем более останусь. — Он расплылся в улыбке.

— Слава богу, что все еще есть на свете кто-то, кого тебе не хочется побить! — заметила Ольга и тут же испугалась: — Ой, у тебя опять кровь капает… Лучше иди лечись.

Прижимая к носу платок, Поль отправился в комнату, где стоял дорогой многофункциональный медавтомат, приобретенный специально для него. В галерее запнулся о пушистого, белого с дымчатыми пятнами кота, который брел куда-то по своим делам. Кот считал, что люди должны смотреть под ноги, а если они плохо видят в темноте — это их проблема. Потеряв равновесие, Поль оттолкнулся от метнувшейся навстречу стенки и ловко выпрямился.