— А где тела?

Увидев все воочию, Клеменз был удивлен, как Рипли умудрилась так легко отделаться.

— У нас есть морг. Рудник — это такое место, где нечто подобное необходимо. Мы поместили ваших друзей туда до прибытия исследовательской группы. Возможно, это произойдет в течение недели.

— Так был еще андроид…

Клеменз скорчил рожу.

— Разорванный на части. Его куски валялись повсюду, поэтому их просто выбросили в отходы. Капрала пронзила насквозь поддерживающая балка. Даже если он был в сознании, то едва успел понять, что это было. Хотя, вероятнее всего, он так и не проснулся.

— А девочка?

Клеменз видел, что она ждала еще чего-то. Но вот чего, никак не мог понять.

— Она утонула вместе с цилиндром. Я не думаю, что она была в сознании, когда это произошло. По крайней мере, она умерла более спокойной смертью, чем капрал. Прошу прощения.

Рипли выслушала все спокойно. Но вдруг ее плечи затряслись и набежали слезы. Она не кричала и не проклинала этот несправедливый и жестокий мир. Маленькая Ящерка. Ящерка, которой так и не повезло. По крайней мере, она была свободна. Вытерев глаза, Рипли обернулась и принялась рассматривать криогенный цилиндр девочки. Иллюминатор для лица был сломан, что вполне объяснимо.

Внезапно Рипли резко нахмурилась. Металл под иллюминатором был как-то странно окрашен. Она подалась вперед и пробежала пальцами по пятну.

Клеменз с любопытством спросил:

— Что это?

Рипли поднялась. Она как-то мгновенно изменилась. В ее голосе не было сожаления, исчезла былая мягкость.

— Где она?

— Я же сказал, в морге. Разве вы забыли?

Он озабоченно посмотрел на нее, обеспокоенный тем, что ее поведение могло быть вызвано реакцией на лекарства.

— Ваш организм дезориентирован. Половина органов все еще пребывает в состоянии покоя, как при глубоком сне.