До города, по словам Деи, от их последней стоянки, было пять дней пути, до мастерских — два.

Становилось холоднее. Раненое плечо перестало ныть и теперь он чувствовал себя гораздо лучше, чем днем, но Анжеле с каждым часом становилось все хуже. Опухоль на бедре стала увеличиваться. Но Шаар, не останавливаясь, шел дальше, в надежде на то, что у мастерских найдет пищу и лекарство. Если он не найдет лекарства, Анжела погибнет, если он не найдет еды, они погибнут вместе.

Сначала он хотел повернуть назад, в родную долину, спрятаться от племени, подлечить Анжелу, набраться сил и попытаться снова добраться до города. Но он понял, что это невозможно. Но где взять патроны на новое путешествие? Да и племя во второй раз не отдаст своих женщин.

И наконец, для местного зверья дожди не опасны. И если на схватку с кузнечиком ушло около ста пуль, то теперь у него оставалось только десять.

Так что оставалась единственная дорога — к мастерским.

За ночь Шаар вышел из полосы где прошел дождь, и когда вышло солнце, он уже шел по песчаным барханам.

Утром он сделал небольшой привал и напился. Затем обмыл рану Анжелы.

Ничего хорошего осмотр не принес, опасения Шаара только усилились.

По его расчетам, до мастерских было рукой подать. И каждый раз, забравшись на гребень бархана, он с надеждой смотрел на горизонт.

К полудню Шаар почувствовал страшную усталость. Он хотел есть, а жара окончательно разморила его тело. Он перестал ощущать руки и ноги. Он превратился в слепой клубок оголенных нервов, который пытался выиграть в схватке, ставкой в которой была жизнь. Шаар даже не заметил как песок уступил место грунту, что кое-где стали попадаться зеленые растения.

Монотонно переставляя ноги он шел и шел вперед. Он ничего не видел, глаза застилала ярко-красная пелена.

Когда впереди показалось какое-то каменное строение, Шаар пошатнулся, сделал шаг и упал, подминая под себя зеленую траву.