— Ой-ой-ой! — скривил мальчишка рожу, стараясь не уронить перед приятелями своего достоинства. — Ябеда нашлась!.. Больно надо дразнить этого дурацкого дракона, всё равно он ничего не понимает! Ребята, пошли лучше купаться!

— Холодно купаться, — попробовал возразить кто-то из его свиты.

— Ничего не холодно! — завопил Ильгин брат, радуясь, что отвлек внимание от злополучной вазы. — Побежали! Кто последний — тот девчонка!..

Ватага мальчишек с шумом унеслась.

Оставшись одна, Ильга подошла к решетке. Дракон сверкнул на неё желтым глазом из-под костяной брови.

— Ты не обижайся на них, — тихо попросила Ильга. — Они ещё маленькие и ничего не понимают… С моим братом никто справиться не может, он даже отца не боится. А папа говорит, это хорошо, будущий воин должен быть смелым. Только, по-моему, это не смелость, а глупость…

Дракон только вздохнул в ответ и на мгновение развернул бесполезные крылья. Они и выглядели какими-то ненастоящими, тонкими, словно сделанными из тонкого пергамента… Дракон вновь сложил крылья вдоль тела и улегся на пол, устроив голову на скрещенных лапах. Он всегда лежал так, поджидая, когда к пещере проберется солнечный луч.

— Ты больше не злишься? — спросила Ильга. Дракон в ответ чуть опустил веки.

И тогда Ильга просунула руку сквозь прутья решетки и смело погладила чешуйчатую голову…

Против её ожиданий, чешуя у дракона оказалась не холодной и скользкой, как у противных ужей, которыми её пугали братья, а тёплой, похожей на ощупь на прогретый солнцем камень.

Дракон открыл глаза, словно от изумления, и пристально посмотрел на Ильгу. А она, отдернув было руку, снова опустила ладонь на драконью голову…

…Несколько лет продолжалась эта странная дружба, а потом Ильгу отправили погостить к дальним родственникам.