— Вы так думаете?

— А ты разке так не думаешь? Ты прекрасно знаешь, что тебе не менее интересно узнать, что произошло здесь вчера вечером, чем мне. Только мне за это платят, а тебе нет. Хочешь еще пивка?

Он поднялся и, не дожидаясь ответа, достал еще две бутылки пива.

— Эд, я вовсе не хотел вытягивать из тебя что-либо, когда пригласил тебя. Я обдумал это дело и решил, что без верной зацепки мы не тронемся с места. Пока я не узнаю, кто был этот карлик, я не смогу задать тебе ни одного вопроса. А ты не сможешь дать мне ответ. Может быть, позднее я захочу узнать от тебя кое-какие подробности. А сейчас я попрошу тебя совсем о другом: открой глаза и уши. Отмечай все, что покажется тебе необычным, все, что хотя бы отдаленно может иметь отношение к убийству. И держи меня в курсе. Согласен?

— Думаю, да.

— Мне хотелось бы, чтобы ты проявил побольше энтузиазма. Ведь ты же не одобряешь убийств? Или убийство тебе нравится?

— Кому может нравиться убийство?

— Убийцам, черт возьми! Вернее, не совсем так. Скажем, оно им нравится больше, чем другие неприятные ситуации, с которыми им приходится сталкиваться. Возьмем, к примеру, наемного убийцу, который берется убрать указанную жертву за пятьсот долларов. Если у него все в порядке с мозгами, то ему не доставит особого удовольствия нажать на курок. Но перспектива лишиться пятисот долларов понравилась бы ему еще меньше. Без этих денег ему, чего доброго, пришлось бы работать.

Он вылил в стакан остатки пива из бутылки и выпил его залпом.

— Преступление психопата может иметь другие мотивы, но в данном случае речь нe идет о преступлении психопата, Эд.

— Откуда вы это знаете?