– У меня есть идея, – вмешался Лядов. – Кажется, никто, кроме господина Аллертона, не горит желанием продемонстрировать нашим соседям способность человечества к героическим свершениям. Я предлагаю выдать Соединенным Штатам мандат на освоение новой планеты. Разумеется, при определенной поддержке Организации Объединенных Наций.

Аллертон окинул невозмутимое лицо русского медленным мрачным взглядом, и Салех затаил Дыхание. Когда Исламская Конфедерация подвергла резкой критике американский Проект заселения, Салех был одним из самых горячих ее сторонников, что было скорее вопросом политической необходимости и не мешало ему втайне надеяться на успех предприятия. Новые планеты – будь то частные владения богатеев или народная собственность – в любом случае были бы спасением для тех, кто находился в плену у старого мира и не имел ни малейшей надежды его изменить. Четыре года назад канадцы открыли новую звезду. Как он мечтал тогда об укреплении могущества Организации Объединенных Наций: имея силы и средства, ООН могла бы сама построить космический корабль и совершить полет к этой звезде. Но прошло два года, и пришлось похоронить все надежды. Страны «третьего мира» вкупе с благожелательно настроенными пустозвонами оказались неспособными выделить финансы, а Запад, как всегда, заботило только собственное благополучие. Так что если вызов Лядова будет принят… – Ладно, – сказал Аллертон. – Если я смогу убедить Конгресс, пусть так и будет. – Он обратился к Лядову: – И запомните, мы сделаем из этого сгустка пыли конфетку.

На следующий день вопрос был заслушан на заседании Генеральной Ассамблеи, которая 148 голосами против 13 поддержала это решение. А месяцем позже проект был одобрен Сенатом, и новая планета, окрещенная Астрой, стала главной головной болью армейского инженерного корпуса, которому раньше не приходилось брать на себя таких грандиозных задач.

Спустя одиннадцать месяцев на Астру прибыли первые колонисты.