Мы еще какое-то время поговорили об этом, но закончился наш разговор так, как я и предполагала: я выбила у Альберта подпись на двух копиях моего стандартного контракта. "И все-таки я сделала им поблажку в счет родственных уз: шестнадцать долларов в час вместо двадцати.

Альберт сказал, что новый настоятель будет ждать моего звонка. Его зовут Бонифаций Кэрролл. Альберт написал это имя на листке бумаги и набросал примерный план, как найти монастырь. Я хмурилась, засовывая его в сумку. Там ужасно много берут за вход на территорию. Но тут уж я зло усмехнулась над собой. Раз уж я согласилась приехать в Мелроуз-парк, нечего думать о расходах.

Стоя у машины, я некоторое время терла виски в надежде, что холодный чистый воздух выветрит табачный запах из моих возбужденных мозгов. Оглянувшись на дом, я заметила, как в комнате на верхнем этаже быстро опустили занавеску. Это меня несколько взбодрило. Раз Роза украдкой шпионила за мной, словно маленький ребенок или воришка, значит, от меня теперь зависит очень многое.

Глава 2

Воспоминание о прошлом

Я проснулась в холодном поту и не сразу вспомнила, где нахожусь. Во сне мама умоляла помочь ей: огромные глаза на истощенном лице, прозрачная кожа, как в те мучительные последние месяцы. Говорила она по-итальянски. Мне потребовалось время, чтобы вернуться к английскому, осознать себя взрослой и в этой комнате.

Электронные часы показывали полшестого. Жар превратился в озноб. Я обмоталась шарфом и стиснула стучащие зубы.

Мама умерла от рака, когда мне было пятнадцать. Болезнь высосала жизнь из ее красивого лица. Умирая, она взяла с меня обещание, что я не брошу Розу в беде. Я спорила с ней, говорила, что тетя ненавидит нас обеих и у нас нет перед ней никаких обязательств, но мама настаивала, и я не могла ей отказать.

Отец не раз рассказывал мне, как они познакомились.

Роза безжалостно вышвырнула на улицу свою родственницу-эмигрантку, почти не знающую английского.