— Можно провести испытание, Руго.

— Испытание? — Трактирщик задумчиво посмотрел на юношу, затаившего последнюю надежду. — Хм… Ты думаешь?..

— Не знаю. — Едва заметное пожатие плеч, — Если он и вправду ее любит, то справится. Если нет, то ты ведь ничего не теряешь, правда?

— Не знаю, не знаю. — Руго в сомнении потер подбородок, — Хотя… Он мне всегда нравился. Тил!

— Да?

— Как сильно ты любишь мою дочь?

— Больше жизни! — ни на секунду не задумываясь, выпалил юноша.

— Хорошо. — Мастер Руго, казалось, остался удовлетворен таким ответом, — И ты готов пройти испытание?

— Все, что угодно!

— Очень хорошо, мой мальчик! Кажется, я в тебе не ошибся. Если ты выдержишь испытание, Тил, то я не только позволю тебе водить Мийку на танцы, но и разрешу на ней жениться.

Ничего не соображавший от счастья Тил лишь умудрился кивнуть. Сейчас он был готов горы свернуть, только бы угодить мастеру Руго.

— Это очень сложная проверка, Тил. Испытание любовью. Пройди его — и все горожане согласятся, что ты умеешь любить. Что ты остался человеком, а не превратился в презренную Холодную кровь, которой не место среди людей.

— Я не понимаю… — Тил растерянно переводил взгляд с Руго на Дугача, с Дугача на голубоглазого, а с голубоглазого обратно на Руго.

— Если ты любишь Мийку, если ты человек, то сделаешь то, что я тебе скажу. — Мастер Руго подошел к трактирной стойке и извлек из-под нее массивный арбалет. — Бери, Тил!

Все еще ничего не понимая, Тил принял тяжелое оружие из рук трактирщика.

— Убей сегодняшним вечером Холодную кровь, что поет тебе песни, и приходи назад.

— Но я не могу! — с ужасом воскликнул Тил и бросил арбалет на стол.

— И после этого ты смеешь говорить мне, что любишь мою дочь?! — побагровев, взревел Руго. — Убирайся!