Ему бьет в ноздри острый запах лунной пыли, отдающий дымком. Но еще сильнее другой запах — молочной рвоты: кого-то из детей стошнило.

Русский, уже снявший шлем, морщится.

– Ужасно… — бормочет он.

Обнажившей голову Уильямс можно дать лет сорок — примерно столько же, сколько самому Бадо. У нее умное суровое лицо, коротко стриженные светлые волосы.

Теин строит троих новичков в шеренгу.

– Добро пожаловать на «Прометей», — говорит он. — У нас еще найдутся свободные места.

У него слабый акцент, похожий на бостонский. В действительности это, конечно, британец. Видимо, выходец из южной Англии.

– Полагаю, вы последние. Пора улетать. До столкновения остается всего двенадцать часов.

Бадо тащит по полу свой нелепый поддон.

– Какое столкновение? — спрашивает он.

– С метеоритом, конечно! — отвечает Теин нетерпеливо. — Зачем еще мы стали бы эвакуировать колонии заодно с вами? Конечно, «Массолайт» подобрал большинство, но…

– «Массолайт»? — переспросила Уильямс.

– Переносчик массы, — устало поясняет Теин. — Мы очень торопились, поэтому не все прошло гладко. Но мы заранее знали, что не успеем вовремя переправить всех домой: ведь в больших колониях тысячи людей! «Массолайт» — это наилучшее, что мы могли придумать.

Они подходят к трем пустым койкам.

– Надеюсь, вам будет здесь удобно. Если вы сядете, я покажу, как застегнуть привязные ремни, и расскажу о мерах безопасности.

– А этот ваш «Массолайт» как-то связан с… — Уильямс не находит подходящих слов и в отчаянии смотрит на Бадо.

– С перемещением между параллельными мирами, — договаривает за нее Бадо.

– Никаких перемещений! — бросает Теин с раздражением. — Это всего лишь огрехи в конструкции. Мы пытаемся их устранить. Что-то вроде нелинейной квантовой утечки… А теперь садитесь. Нам пора стартовать.