Поэтому информация, полученная от него, нуждалась в осмыслении и логическом развитии, чтобы в результате сложилась целостная картина. К примеру, на вопрос о том, как формировался состав экспедиции, он пробурчал: «Ну, того-этого, кто особенно отличился, тех захомутали и выслали». Такая лапидарность свидетельствует о его скромности и позволяет прийти к некоторым выводам. Очевидно, могущественная цивилизация избрала именно своих лучших представителей /тех, кто «особенно отличился»/ для полета к другим мирам. Немало трудов стоило выяснить, какие конкретные заслуги предопределили включение Бульта в состав экспедиции. Он неохотно распространялся на эту тему, однако после настойчивых расспросов сообщил, что главным поводом послужил его поразительный, с моей точки зрения, поступок: «замочил одного гада легавого». Иными словами, Бульт лишил жизни другое двуногое существо. Столь экстраординарное действие было непонятно и чуждо нам, прозябавшим в своей галактической глухомани, где все живое пользовалось статусом священной неприкосновенности. Примечательный факт: многие понятия и обозначавшие их слова нам пришлось заимствовать непосредственно у двуногов, к примеру, «принуждение», «насилие», «убийство», а ведь это неотъемлемые атрибуты их цивилизации.
Сбитый с толку и крайне заинтригованный, я без устали и не скупясь на фрукты, расспрашивал моего дорогого «Гайку» о причинах того «убийства», за которое он удостоился почетной «высылки» к звездам, и в конце удалось выяснить следующее. «Легавыми гадами» доблестный Бульт называл неизвестный мне разряд двуногих, не представленный ни единой особью в составе экспедиции. Главная функциональная особенность, позволяющая выделить «легавых гадов» в отдельную общественную группу, заключается в том, что они «мешают нормальным людям нормально жить». Кстати, «люди»— самоназвание двуногов. В то время, на заре прогресса, я догадался с немалым трудом, что «Гайка» уничтожил себе подобное разумное существо из высших побуждений, стремясь к лучшей жизни для себя и других.