– Журналист Рон Куртис и композитор Инга Альбуди.

– Тоже известные люди?

Капитан не ответил.

– Впрочем, имя Альбуди мне известно. Это ведь ей принадлежала вилла, на которой схватили того химика, что отдыхает сейчас в Куинсвилле?

Палмер мрачно кивнул.

– Надеюсь, я смогу увидеться с приятелями покойного?

– С журналистом – да. С Альбуди это может не получиться.

– Она уехала? Заезжала к Лавалю попрощаться?

– К сожалению, заболела.

– Постельный режим?

Капитан кивнул.

– Но ее можно навестить?

– Если позволит администрация.

– Администрация чего? Города Бэрдокка?

– Клиники имени Джинтано.

– Но ведь еще вчера она навещала покойного. Вы сами это сказали.

– Жизнь не бывает простой, инспектор.

– Старший инспектор, – с удовольствием поправил Янг. – Вы точно романтик, капитан, поэтому я еще ни разу не назвал вас лейтенантом.

И спросил:

– Что это за клиника?

– Весьма дорогое заведение. Вам туда не попасть, если даже вы опять получите по голове.

– Лечат наркоманов?

– С чего вы взяли? – Палмер обернулся, будто их могли услышать.

– Не знаю. Интуиция.

– Будете осматривать виллу?

– Разумеется.

– Тогда работайте.

Белесые брови капитана Палмера язвительно взметнулись.

– Работайте спокойно. Я предупредил своих людей. На этот раз вас не отправят на госпитальную койку. И радио мы тоже выключили.

6

Янг прошелся по этажам.

Увиденное ввергло его в уныние.

Вилла была обширна. Она была очень обширна.

Рядом с жилыми комнатами находились помещения, напоминавшие гончарную мастерскую или музей старых ремесел. В огромном зале белел концертный рояль. Вдоль стен длинного коридора тянулись стеллажи, заставленные бесчисленными глиняными и стеклянными горшками. «Попробуй, загляни в каждый». Янг действительно не видел никакой разницы между гениями и ублюдками. Одинаково хитры и изворотливы, вот и все. В таких вот объемистых горшках можно хранить что угодно. Ублюдки не богаты на воображение, но они прагматики, как правило. Они так созданы, что действуют порой умнее самых умных.