Некоторые из конечностей этого стального исполина заканчивались стенобитными шарами или плазменными резаками — ими дройд сокрушал уцелевшие обломки стен. На подхвате сновали другие конечности: они сортировали обломки, выдергивая арматуру, выталкивая булыжники и ссыпая каменный мусор в приемники для переработки. Прочие обломки, пригодные в качестве сырья, ссыпались ковшами в механические жвала и на Подвижные ленты конвейера, свозившие разнокалиберный мусор к специальным сепараторам для переработки. Там мусор обращался в готовый к употреблению кирпич, щебень, известь, и таким образом старое превращалось в новое. От фабрик, заключенных в исполинском дройде, шли волны нестерпимого жара — от остова исходили горячие волны тепла. Раскаленная машина гигантским миражем знойно колыхалась на фоне звездной ночи Корусканта.

Робот-строитель продолжал проламываться сквозь развалины, оставленные последней гражданской войной. С толщей и ширью этой разрухи, казалось, не справиться и механическому Бриарею со всеми его бесчисленными руками и мусороуловителями. И он казался здесь лишь мальчиком, ковыряющимся в мусорных кучах необозримой свалки.

Видж Антилес поднял взгляд как раз вовремя, успев увидеть, как пошатнулась под дройдом опора — опять попался подвал или какое-то подземное хранилище. Земля под ними всколыхнулась.

— Эй, поберегись! — воскликнул он. — Все в укрытие!

Команда минеров спешно ретировалась под защиту стены, торчавшей из развалин, и тотчас же рядом с ними рухнула двадцатиэтажная волна обломков.

Каменный ливень хлестнул по сохранившимся булыжникам мостовой нижнего уровня. Кто-то взвыл по волне командной связи, но тут же осекся и замолчал.